«Напился да и выпал из лодки. Так и не нашли»
Фото: ИТАР-ТАСС, Юрий Смитюк.

Фото: ИТАР-ТАСС, Юрий Смитюк.

«Русская планета» поговорила о жизни и смерти с потомственным астраханским браконьером

Браконьеры бывают разными. Одни ловят «краснуху» — красную рыбу — в больших объемах, работают организованно, их цель — улов любой ценой. Другие, такие, как Тулеген, браконьерствуют на стареньких лодках с малосильными моторами, чтобы как-то прокормиться.

С Тулегеном мы встретились в Астрахани, где он был в гостях у своей дочери. По дороге в его родное село в дельте Волги, он рассказал свою биографию:

– Родился на низах в пятьдесят седьмом. Отец и дед рыбаки, тоже из этих мест. Удочку мне дали первый раз лет в пять. Первые снасти поставил с отцом в двенадцать. Закончил школу. Служил на Дальнем Востоке. Пока был в армии, умер дед. После дембеля отец устроил меня в колхоз. Трудился рыбаком, так же, как и он. В двадцать пять женился. Через год народили дочку. Жили дружно, всего хватало. Мужики все пили, ну и я начал злоупотреблять. Не было у нас среди рыбачья непьющих. Потом перестройка. Колхоз развалился. Работы не было, стали с отцом бракушничать.

Рыбу и икру отдавали за сколько возьмут. В семье Тулегена и раньше осетрину ловили, но так — покушать. Так и жили. Дочка школу закончила, отправили в Астрахань в институт. На следующий день жена Тулегена собрала вещи и уехала к родственникам в соседнее село. Быстро нашла ухажера и вышла замуж.

После этого Тулеген с товарищами по колхозу стали мотаться на море. Один коммерсант взял им лодку, снасти, договорился с кем надо. Три четверти улова ему отдавали, остальное себе на самореализацию. Он «краснуху» и икру в Москву возил на продажу. А потом пропал вместе с байдой — лодкой.

– Мы с мужиками скинулись, взяли лодку небольшую, — рассказывает Тулеген. — Объемы, конечно, меньшие брали. Продадим икры, продуктов купим впрок. Я дочке каждый  месяц деньги отвозил.  Потом, как-то летом, уехал в город. Приезжаю обратно — мне говорят: отец утром на рыбалку уехал и до сих пор нет. На следующий день стали искать. Нашли только лодку, без отца и снастей. Местные все поговаривали, что белуга утащила. Но это так, сказки. Отец всегда брал с собой бутылочку самогона или бражки.  Напился да и выпал из лодки, скорее всего. Все-таки возраст. А может и солнечный удар. Остается только вопрос — куда делись снасти. Их так и не нашли.

К тому времени мы уже добрались до места. Жилище браконьера Тулегена оказалось самым обычным деревянным домом. Внутри обстановка скромная. Выделяется разве что плазменной панелью в углу комнаты. Говорит — телевизор и спутниковую тарелку дочь подарила на юбилей. Еще есть автомобиль «Нива» и старенькая лодка с мотором.

За ужином рассуждали на тему жизни на селе и домашнего хозяйства. Тулеген сказал, что уже давно скотину не держит. Нет ни сил, ни времени. Раньше две коровы были, свиньи. Сейчас только пяток кур. Огород сажает частично — то, что может обработать. На вопрос — угостит ли икрой, ответил: «Мы, браконьеры, деньги не едим». А потом добавил, что и нету ее у него. То, что поймал в прошлый раз, уже реализовал.  От коньяка, привезенного ему в подарок, отказался:

– Уже давно не пью. Говорят, что люди запивают, когда одни остаются. А у меня все наоборот. Пока была семья, пил. Буянил. А сейчас грехи замаливаю.

– Тулеген, почему местные предпочитают заниматься таким опасным делом, вместо того чтобы уехать в город и зарабатывать легально, ничего не боясь?

– Традиции. Многие по-другому жить не умеют. «Краснуху» всегда тут ловили. Для себя, покушать. Никто даже не думал о том, чтобы продавать. К деду приезжали родственники и друзья, рыбки и икры всегда с собой им давали. Если приезжали городские, просили продать, тогда да. Да и недорогая она была по сравнению с нынешними ценами. У каждой семьи было несколько порядков (снастей — РП), свои места были. Все о них знали, и никто друг у друга не брал. Когда Союз развалился, стали ловить исключительно на продажу. Не было тогда другой возможности заработать. Сейчас хоть можно промысловиком устроиться, и то дело сомнительное. Взносы плати, штрафы плати. Законы то вводят, то отменяют. Иной раз мужики ничего не зарабатывают. Матерятся и только. Браконьерничать проще в какой-то степени. С «органами» контакт налажен. Все друг друга знают. Хочешь ловить — плати по тарифу, иначе закроют. Кто-то икрой берет. Сама рыба мало кому нынче нужна.

Тулеген сейчас ловит немного. В море не ходит. Поэтому и «пошлины», по его словам, платит по факту. Поймали — заплатил. Те, кто занимается этим «по-крупному», платят постоянно. В море пошли — денег дали. Главное, по его словам — «погранцам» не попадаться.

О переезде в город Тулеген даже не думает. Говорит, что его колхозно-рыболовные заслуги там никому не нужны. Сторожем идти на 5 тысяч только.

– А жить где? Дочь с мужем и двумя детьми живут в двухкомнатной квартире. Она, конечно, меня не выгонит, но зачем молодым мешать. Дотяну до пенсии. Пока силы есть, буду снасти ставить. Судьба у меня умереть рыбаком. Дед с мужиками в море уходил на недели. Встали как-то на ночлег. Ветер поменялся, воду согнал. Они на три дня застряли на острове, пока вода не пришла. Дело в ноябре было. Вернулся с воспалением легких. Так и помер. Про отца я рассказывал.

– С каждым годом рыбы становится все меньше. Винят во всем браконьеров. Так ли это? И что с этим делать?

– Да черт его знает. Законы нынче суровые. В тюрьму и раньше сажали, конечно, но для этого нужно было окончательно оборзеть или своих обидеть. Отправляли на поселение. Сейчас же штрафы огромные и срок прилагается. Опасно стало заниматься рыбой. Поэтому и цены на нее поднялись так сильно. А чем больше цена, тем больше ловят. Вот такой круговорот. Вот если бы цену снизили на икру, никто бы осетрину и не ловил. Хлопотное это занятие. Но как это сделать — ума не приложу.

Тулеген знает, что есть фермы, которые занимаются воспроизводством — малька выращивают и отпускают. Развивать надо это дело на государственном уровне, считает он. Выращивать рыбу на фермах и с нее же икру продавать официально. Только времени на это нужно много: у осетра икра появляется только на шестой год.

– Да и вряд ли, кто-то откажется от миллионов, которые приносит этот бизнес, — заключает Тулеген.

38 в группе риска Далее в рубрике 38 в группе рискаВ Астрахани снова зафиксирована крупная вспышка ВИЧ Читайте в рубрике «Титульная страница» С Нового года мусор в России будет жить по-новомуСтанет ли в стране меньше отходов, и во что нам это обойдётся? С Нового года мусор в России будет жить по-новому

Комментарии

21 апреля 2014, 23:04
Типичная история - смерть рыбака, так Шагин Семен Андреевич, наш родственник в Енотаевске, в возрасте 80 лет поехал на рыбалку и не вернулся ( дело было в 50-х годах 20 века). Его друг, спустя много лет перед смертью признался, что лично видел, как Семёна утащила громадная белуга. Наш прапрадед, Махорин Павел Сидорович,( об этом писала Уральская газета в начале 20 века), более суток один боролся с белугой, которая таскала его по Уралу, а был он уже в преклонных годах. Дед победил рыбину, но зачастую исход поединка был другим... Но криминала с исчезновением снастей вместе с человеком в те давние годы не было. Но думается о другом- насколько оскуднел наш Каспий, Волга и Урал за последние сто лет, неужели человечество не остановится у последней черты и не сохранит это Национальное достояние? Дело не в одиноком старике, конечно. И мы все должны для себя решать, что оставим в наследство своим детям. Нужна ли так Вам лично черная икра, чтобы ради неё уничтожить остатки осетров, белуг и севрюг? Может сделать делом части и патриотизма не покупать икру из принципа, тогда и спроса не будет, а значит и ловить рыбу не будут ради икры и она сможет восстановить популяцию? А автору статьи- спасибо за честный рассказ и дальнейших творческих удач!
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Не пропустите лучшие материалы!
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»