«Ему субсидию мы уже не можем дать»
Уборка урожая капусты на фермерском хозяйстве. Фото: Юрий Белинский / ТАСС

Уборка урожая капусты на фермерском хозяйстве. Фото: Юрий Белинский / ТАСС

Почему только 56% средств господдержки, выделяемых федеральным центром, доходит до астраханских сельхозпроизводителей, выясняла «Русская планета»

Информация о неполном освоении денег появилась на минувшей неделе на сайте Минсельхоза России. По этому показателю Астраханская область входит в число аутсайдеров. По состоянию на 5 ноября этого года астраханские фермеры и животноводы получили в общей сумме из федерального и регионального бюджетов 505,4 млн из 966 млн рублей. «Русская планета» решила разобраться, почему в регионе почти половина направляемых ресурсов остается неосвоенной.

По данным ОНФ, в сложившейся ситуации по большей части виноваты региональные власти. Как отмечает эксперт рабочей группы ОНФ «Честная и эффективная экономика» Евгения Уваркина, одной из причин малого освоения федеральных денег является то, что на региональном уровне власти предъявляют к фермерам дополнительные требования. В частности, Уварова причисляет сюда различного рода дополнительные справки, которые увеличивают документооборот и усложняют соответствие предъявляемым требованиями. Другой большой проблемой эксперт ОНФ считает «плохое информирование региональными властями сельхозпроизводителей в части изменения требований на федеральном и региональном уровнях, что демотивирует аграриев, которые устают обивать пороги чиновников».

В то же время даже те средства господдержки, которые фермеры получают, по факту доходят до них через несколько месяцев. Например, по данным ОНФ, сельхозпроизводители получают финансовую поддержку от государства не перед весенне-полевыми работами, когда нужно приобретать оборудование, семена, ГСМ, удобрения, средства защиты для растений, а уже во время уборки урожая — под конец лета. В результате такой политики фермерам приходится брать кредиты, влезать в долги и тем самым до прихода федеральных денег еще платить и проценты за обслуживание долга, отмечается в сообщении ОНФ. Если же фермер, например, по причине плохой кредитной истории или отсутствия залога не смог получить заем, он рискует после сбыта урожая остаться в убытке.

Замначальника отдела государственной поддержки сельхозпроизводителей регионального Минсельхоза Анна Аксенова называет виновным в сложившейся ситуации забюрократизированность требований госбанков, выдающих сельхозкредиты.

– Сейчас условия кредитной системы такие, что не все фермеры им соответствуют. Кредиты очень дорогие, у многих просрочки по налогам, сборам, отчислениям в фонды и т.д. В таких случаях ни мы не можем субсидировать, ни банки — выдавать кредиты. Сейчас же у большинства астраханских фермеров тяжелые времена. В прошлых годах ситуация была лучше: кредиты дешевле, сборы по налогам выше. Соответственно, и государство в таких условиях могло субсидировать часть процентов по кредитам. В этом году многие организации стали объявлять себя банкротами: они взяли кредиты в 2014 году, сейчас пришли к нам, а мы не можем их субсидировать, потому что они находятся на стадии реорганизации либо ликвидации. В итоге деньги, приходящие из федерального бюджета, уходят обратно, — заключает Аксенова.

Соглашается с коллегой и руководитель управления сельского хозяйства Камызякского района Татьяна Вдовенко.

– У нас большая проблема — субсидирование процентной ставки по кредитам, — говорит чиновница. – Огромные лимиты выделяются на субсидирование кредитов, которые наши «сельхозники» не могут получить в банках. В этом году из порядка 150–160 млн рублей, необходимых на весенне-полевые работы, у нас всего два хозяйства в районе получили субсидии на общую сумму 12 млн рублей. Что и как я могу освоить на такие деньги? Если в целом Федерация выделяет на область около 800 млн рублей, то 45–46% из них — это субсидии по кредитам. Мы кредиты не получили — естественно, что субсидии нам расходовать некуда. Банки крайне «зарегулированы» своими инструкциями: им нужен залог, высоколиквидное (не меньше 70%) имущество не старше 5 лет, оформленное в собственность, техника не старше 3 лет и т.д. Откуда у нас в сельском хозяйстве такой залог? Если раньше фермеры могли заложить хотя бы весь свой скот или зерно, то сейчас не больше 30%, но практика показывает, что и скот не берут. В целом банки очень ужесточили условия именно в этом году. Второй момент: не должно быть ни одной просрочки ни по кредитам, ни по налогам. Таких фермеров практически не бывает. Помимо субсидирования процентной ставки у нас еще есть несколько видов прямой помощи: различные гранты — например, «Начинающий фермер» или «Семейное фермерство». Там тоже нужно собрать огромную кипу документов. По нашему областному порядку на момент получения субсидии у фермеров не должно быть задолженностей ни по налогам, ни по отчислениям в пенсионный и социальный фонды. Таким образом, если человек все документы собрал, оплатил пошлину, но условно имеет 5 рублей задолженности перед налоговой, то ему субсидию мы уже не можем дать. А сегодня ситуация в экономике сложная, и задолженности есть у большинства. Мы же со своей стороны в еженедельном режиме проводим собрания в селах, рассказываем о видах поддержки.

Фото:  Валерий Матыцин / ТАСС

Крестьянское хозяйство фермера Александра Прелова существует уже четвертый год. Совсем недавно широко освещалось, что у него единственного в регионе выращиваются средиземноморские голубые раки, которые готовы к реализации в 10 раз быстрее, чем обычные речные. Прелова можно с уверенностью назвать «многостаночником». Кроме экзотических раков, в его хозяйстве в Камызякском районе есть рогатый скот, птица, рыбы и поля для засева риса. Как сообщил РП Александр Прелов, в этом году он не смог взять кредит для развития из-за несоответствия новым требованиям банка.

– Иначе как специальными нынешние препоны банков не назовешь, — говорит предприниматель. — Раньше и товар в обороте, и зерно, и рыбу, и скот брали в залог. Сейчас только 30% от оборота. Говорят, что все это может пропасть, испортиться и вообще плохо реализуется. Остальное должно быть высоколиквидным имуществом: либо здания и сооружения, либо техника не старше 3 лет. Такие условия в принципе неприемлемы для сельхозпроизводителей. Есть потребительское кредитование, куда мы можем обратиться, но оно в принципе не предполагает развитие для бизнеса и возмещение процентной ставки по кредиту. Главная же помощь нам от государства всегда заключалась в возмещении процентной ставки. Все госбанки, которые предоставляли целевые кредиты для «сельхозников» — Сбербанк, ВТБ24 и Россельхозбанк — сегодня приняли одинаковые условия, по которым тяжело получить кредиты.

На вопрос РП о реальной помощи от государства по линии программы импортозамещения Александр Прелов отвечает, что фактически ничего не происходит:

– Что касается аквакультуры, поддержки — ноль, — продолжает фермер. — Никакой помощи по предоставлению бесплатных гектаров земли, по предоставлению дешевой электроэнергии или по чему-либо еще нет. В селе производство без дотаций, без субсидий в принципе не может существовать, потому что это большие затраты на топливо, рабочую силу, электроэнергию, налоги. Например, для нас 1 кВт электроэнергии стоит 5,3 рубля, а для физических лиц — 4,8 рубля. Разве это нормально? Если мы действительно хотим заниматься импортозамещением, то должно появиться такое понятие, как инвестиционное кредитование. Например, есть хороший проект — почему бы не дать ему кредит с низкой или даже нулевой процентной ставкой и получить выгоду через год или полтора? А если иметь высоколиквидную залоговую базу, как требуют банки сейчас, то зачем в принципе кредиты тогда нужны? В итоге я, например, пришел к тому, что, если в банках не дают деньги, то я беру их у физлиц под урожай будущего года. Таким образом, мы продаем продукцию на 20% ниже рыночной, потому что, если, например, деньги в марте нужны под весенне-полевые работы, то потом в мае они уже ни к чему.

По словам фермера из села Каменный Яр Черноярского района Шахнаваза Шахнавазова, субсидированные кредиты уже год как в районе не выдают.

– У меня крестьянско-фермерское хозяйство, и субсидии мне никакие под мой скот не дают, — говорит фермер. — На растениеводство же дают буквально копейки — обычно мне этих денег хватает лишь на то, чтобы ездить сдавать отчеты в Астрахань за 300 км. Выплаты там чуть меньше 1000 рублей за 1 гектар. У меня же около 140 га. Вот в конце года эти деньги и должны прийти на счет. Сейчас я продаю весь скот и хочу работать на территории Волгоградской области, потому что в нашем Ушаковском канале воды нет совсем. И не нужны мне тогда совсем будут эти субсидии, потому что из-за них больше беготни. Сейчас я пытаюсь закрыть все кредиты, закрыть хозяйство и буду заниматься только растениеводством. За аренду земли деньги отдай, за ветеринарные обработки отдай, за свет, за воду отдай — дотаций никаких нет, прибыли никакой нет. У меня 160 голов скота сейчас, сена в этом году из-за маловодья нет, а то, что есть ,— в 3 раза дороже прошлогоднего. Была у меня отара овец в 140 голов. Волки налетели и 110 животных задрали. Через несколько дней еще раз волки напали и погубили остальных овец. Обращаюсь в страховую — мне говорят: «Это не страховой случай. Страховые случаи — это взрыв газа, болезни северных оленей или если сбил автомобиль». Другая проблема — чисто бюрократическая. У нас в Черном Яру нет, например, своей налоговой, надо в Астрахань ехать за 300 км, чтобы подать декларацию. Военкомата тоже нет. Больница здесь никудышная. До Волгограда же мне здесь 30 км.

По словам фермера, ему просто невыгодно брать целевой сельхозкредит, потому что для этого он должен пройти ряд дорогостоящих процедур.

– Например, за оценку своей фермы мне нужно отдать специалисту 50 тыс. рублей, — продолжает Шахнамазов. — Потом банк говорит, что еще нужно застраховать точку, застраховать все поголовье. Еще 100 тысяч рублей. В банке потом говорят: «Все хорошо, ждите ответ». Через неделю приходит отвечают отказом, потому что нашли у меня какую-нибудь просрочку в 5 рублей по налогам или в кредитной истории. А деньги на страховку и оценку уже потрачены. В итоге я в убытке.

Фермер Сергей Алтунин из села Старица Черноярского района говорит РП, что районные власти делают практически все, чтобы никакой помощи не дать.

– Чтобы получить субсидию, мне нужно заключение нашей ветлечебницы, — говорит РП животновод. — А она любыми путями пытается не дать нам нужные справки на скот. Мы жаловались и министру, и губернатору. Ничего пока не помогает. На овечье хозяйство я 4 месяца выбивал субсидию — 89 рублей на голову. У меня все поголовье привитое, прокованное, кровь проверена осенью и зимой, а женщина в ветлечебнице сидит и говорит: «Я вам не дам справку». А без этой бумажки меня не принимает районное управление сельского хозяйства. В ветлечебнице сказали привезти документацию на скотомогильник — я привез. Она говорит: «Теперь привезите навоз, сено и воду на экспертизу. Я устал от всего этого и плюнул на эту субсидию: там какие-то 30 тысяч. Причем разница у нас есть даже в разных районах. Например, в Енотаевке привить корову стоит 100 рублей, а у нас выходит под 200 рублей. Бирку для коровы купить в магазине стоит 20 рублей, а ветстанция берет за свою бирку 86 руб. Вот так с нас и дерут. Что касается выдачи кредитов на сельхознужды, то, например, я никогда никаких проблем в этом отношении не ощущал. Беру кредиты почти каждый год. В прошлом году мне государство субсидировало процентную ставку с 19 до 11% годовых. Что будет в этом году, я не знаю. В том году у многих заболел перец на полях, и они вылетели в трубу с кредитами. В этом году стало тяжелее, потому что ГСМ подорожали, а мясо в цене не меняется. В остальном пока разницы большой не ощущаем.

Коровы на животноводческой ферме по разведению крупного рогатого скота молочного направления. Фото: Виктор Погонцев / ТАСС

Большой проблемой в этом году также стало маловодье. По словам Алтунина, на помощь фермерам и жителям села должен был прийти районный мелиоводхоз.

– Мелиоводхоз обещал накачать реки, но полностью свое слово не сдержал, — продолжает фермер. — Воду он качал всего два месяца — июль и август, а отчитался за три. Потом говорят: «Заключайте новый договор». Сейчас большая часть жителей сделали у себя скважины и оттуда воду берут и для себя, и для скотины. Поэтому я решил, что со следующего года буду заниматься только скотиной, потому что в этом году мы замучились с поливом перца. Ну и думаю еще посадить 40 га люцерны, чтобы была кормовая база для скота. Вот такая помощь государства.

«Жилье обещают, нужно лишь немного подождать» Далее в рубрике «Жилье обещают, нужно лишь немного подождать»«Русская планета» узнавала, почему в Астраханской области сироты годами не получают квартиры, положенные по закону

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте статьи экспертов
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»