Болезнь системы
Рентген легких у больного туберкулезом в городском противотуберкулезном диспансере. Фото: Руслан Шамуков / ТАСС

Рентген легких у больного туберкулезом в городском противотуберкулезном диспансере. Фото: Руслан Шамуков / ТАСС

«Русская планета» пыталась разобраться с причинами распространения инфекции и методами ее профилактики

С тех пор, как в 1882 году Роберт Кох открыл туберкулез, началась и борьба с ним, постепенно ставшая одним из приоритетных направлений развития медицины. Но туберкулез все равно ежегодно уносит сотни тысяч жизней. Универсального лекарства от этой болезни до сих пор нет. Сейчас есть препараты, способные усыпить инфекцию, но не победить ее. Каждого заболевшего ждет долгий курс химиотерапии, который не гарантирует полного излечения и не исключает возможности возникновения рецидивов. Поэтому туберкулез объявлен социально значимой болезнью. По данным Минздрава, в 2013 году в России было выявлено более 90 тыс. первично инфицированных больных. Лидерами по заболеваемости являются Приволжский и Центральный федеральные округа. Но и в остальных цифры достаточно внушительны.

Туберкулез уже давно перестал быть «болезнью бедных», сейчас он поражает всех, независимо от социального статуса. Причин такого повального распространения две: низкий уровень информированности населения и плохо функционирующая система ранней диагностики болезни. По мнению специалиста научно-методического отдела НИИ фтизиатрии и пульмонологии Санкт Петербурга Натальи Исаевой, в стране есть регионы, в которых активно ведутся работы по информированию населения  и раннему диагностированию болезни. Программы разработаны специалистами ВОЗ и применяются в Мурманской, Архангельской и некоторых других областях страны. Они существенно помогают снизить уровень заболеваемости. Например, в Мурманской области в 2013 году насчитывается всего 270 первичных больных.

В Астраханской области ситуация существенно отличается от Мурманска и даже Санкт-Петербурга. Согласно статистике, число первичных больных в 2013 году составило 995 человек. Основную работу по выявлению и лечению туберкулеза ведет Астраханский областной клинический противотуберкулезный диспансер. Рассказать о его работе я попросил фтизиатра Нелли Быстрякову.

– Обычно сюда попадают по направлению городского или районных диспансеров. Диагностирование начинается с флюорограммы легких, а при необходимости делается компьютерная томография. Основанием для госпитализации являются наличие так называемых пятен. После проведения всего комплекса анализов принимается решение о том или ином виде лечения.

– Как долго длится лечение?

– Как правило, от 6 до 9 месяцев, это зависит от сложности и объема поражения тканей и приспособляемости бактерий, поэтому в процессе лечения используется сразу несколько препаратов химиотерапии.

– На какое количество больных рассчитан стационар, возникают ли проблемы с их размещением?

– Стационар рассчитан на 815 мест. Больные поступают практически ежедневно, а с таким потоком, как вы понимаете, справиться нелегко. Пациенты имеющие статус «БК-» (незаразная форма туберкулеза. — Примеч. ред.), могут проходить лечение амбулаторно, что существенно облегчает положение. Так как лечение может вызвать побочные эффекты, все пациенты обязаны минимум два раза в неделю приходить в диспансер на осмотр и консультацию лечащего врача.

– Что, на ваш взгляд, мешает более быстрому сокращению количества инфицированных?

– Самое сложное сейчас — ограничить сознательное распространение инфекции. Сейчас в законодательстве отсутствует пункт о принудительном лечении больных, согласно которому можно было бы ограничить свободное перемещение бактериовыделителей за пределами стационаров, а следовательно, они беспрепятственно могут покидать стены учреждения. Большинство больных осознают серьезность болезни и соблюдают все рекомендации врачей. Но, к сожалению, среди социально незащищенных слоев населения таких субъектов значительно меньше, что ведет к неизбежному распространению инфекции.

Вопрос принудительного лечения больных открытой формой уже неоднократно поднимали российские врачи и политики. Бывший главный фтизиатр России Петр Яблонский несколько раз предлагал ввести закон, ограничивающий свободу передвижения таких больных, но ни одна из попыток не была успешной. А в 2014 году депутат ГД от КПРФ Александр Кравец в очередной раз поднял этот вопрос, заявив о начале разработки законопроекта, разрешающего принудительное лечение. Однако в интервью он сказал, что сам проект достаточно сложный и в ближайшее время реализовать даже его часть будет практически невозможно из-за сильного сокращения бюджета на здравоохранение.

Как считает Наталья Исаева, одним из ключевых аспектов лечения является процесс адаптации к жизни в стенах больницы, жизни, которая в ближайшие 6 месяцев будет состоять из химиотерапии, постоянных анализов и особой диеты, при которой нежелательно употребление жирных продуктов, спиртного и даже кофе. Многим больным крайне сложно принять такую реальность, но в большинстве случаев в этом им никто не помогает. Не во всех диспансерах страны в курс лечения включены консультации психолога, позволяющие существенно улучшить состояние больного, помогая ему не впасть в депрессию на фоне химиотерапии.

Следующей проблемой большинства российских диспансеров является отсутствие разделения потоков больных открытой и закрытой формой. Такая же ситуация наблюдается и в Астрахани. Несмотря на существующие нормы СанПин в редакции от 6 февраля 2015 года, в которых четко прописано данное разделение, руководители учреждений здравоохранения зачастую ими пренебрегают: финансовые затраты на переоборудование медицинских учреждений велики, а в большинстве регионов здания не приспособлены к таким нововведениям. Подобное попустительство в свою очередь ведет к развитию форм болезни с множественной лекарственной устойчивостью, а их лечение занимает значительно больше времени и стоит в десятки раз больше.

Свои комментарии по пребыванию в диспансере и процедуре лечения  дал один из пациентов — Леонид Остапенко.

– Расскажите, как вы попали сюда и как это отразилось на вашей жизни?

– Мою болезнь выявили совершенно случайно. У меня была сильная простуда, сопровождающаяся крайне высокой неспадающей температурой. Спустя две недели безуспешного лечения на дому и нескольких бесплодных консультаций приходящих врачей меня госпитализировали с подозрением на воспаление легких. И уже в больнице спустя несколько дней по результатам множества анализов мне сообщили диагноз. Так как я находился в инфекционной больнице, меня экстренно перевезли в противотуберкулезный диспансер. Там я сразу оказался в категории «социально опасных элементов». Не разъяснив мне суть моей болезни и не предоставив никаких документов, подтверждающих ее, меня сразу стали лечить препаратами химиотерапии.

– Как долго длилось обследование?

– Неделю плюс три месяца ожидания посева, который пришел отрицательный, но несмотря на это меня все равно продолжили лечить. Анализы хоть и не самое тяжелое в этом процессе, но даются они непросто, учитывая их количество и сложность некоторых.

– Возникали ли у вас побочные эффекты на фоне лечения?

– Очень много, начиная с головокружения и тошноты, заканчивая бессонницами, расстройством желудка и прочими малоприятными вещами.

– Какую оценку вы можете дать учреждению и системе в целом?

– Мне сложно быть объективным, ведь я столкнулся с давлением со стороны врачей, сложностями в осознании происходящего, а также с условиями пребывания здесь. Я могу сказать только одно: никому не пожелаю попасть в стены подобных заведений, ведь попадая сюда, в большинстве случаев ты остаешься один, без должной поддержки со стороны персонала и государства. А учитывая малоприятное соседство, отсюда хочется сбежать как можно быстрее. Я надеюсь, что после окончания лечения я больше никогда сюда не вернусь.

– Вы сталкивались с пациентами, не желающими лечиться? Какие меры применяются к ним?

– Такие люди есть и здесь, и во всех других диспансерах, чаще всего это не самые приятные люди, так как в большинстве своем они злоупотребляют алкоголем и их мало волнует их болезнь и ущерб, который они могут нанести другим людям. Они попадают сюда с улиц или по настоянию родственников, но надолго тут не задерживаются. Буквально на следующий день, после того как их приведут в чувство, они снова напиваются и их выгоняют из больницы за нарушение режима. Эта ситуация типичная. Я общался со многими и все, как и я, согласны с принудительным лечением вот таких индивидов, ведь это поможет защитить множество людей от заражения туберкулезом.

Словом, ситуация запущенная, хоть и небезнадежная. Несмотря на снижение уровня заболеваемости за последние годы, она все равно оставляет желать лучшего. Очевидно, что вся система состоит из противоречий, в число которых входит и сам пациент.

«… Катастрофичного падения пока нет» Далее в рубрике «… Катастрофичного падения пока нет»Туроператоры Астрахани рассказали «Русской планете», в каком состоянии находится сегодня туротрасль, активно ли астраханцы путешествуют и как лучше провести уикенд Читайте в рубрике «Титульная страница» Квартирный вопрос разделил россиян на два лагеря«Обыкновенные люди. В общем, напоминают прежних…» («Мастер и Маргарита») Квартирный вопрос разделил россиян на два лагеря

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»